Почему после успеха вы чувствуете пустоту — и что с этим делать?
Что на самом деле требуется для самореализации

Месяцам и годами вы стремитесь к чему-то, веря, что, когда добьетесь цели, все изменится? Вы станете спокойнее, счастливее, увереннее в себе. Возможно, вы получите диплом, повышение по службе, опубликуете книгу или достигнете долгожданной цели. Когда этот момент наступает, вы испытываете облегчение, гордость и воодушевление. Но у многих успешных людей это чувство быстро проходит, сменяясь беспокойством и ощущением пустоты. Почему же все не так, как вы себе представляете, и как предотвратить такое состояние?

Достижения структурируют работу мозга

Стремление к четкому результату организует время, внимание и эмоциональную энергию. У вас есть план, сроки и ощущение движения вперед. Все это помогает снизить неопределенность, которой мозг естественным образом пытается избежать. Стремление к целям также активирует систему вознаграждения в мозге.

«Исследования в области нейробиологии показывают, что дофамин достигает пика во время целенаправленной деятельности, которая подпитывает мотивацию, концентрацию и динамику. Но как только цель достигнута, удовольствие ослабевает. То есть мозг буквально устроен так, чтобы преследование приносило больше удовольствия, чем достижение цели», — объясняет Элизабет Матир, доктор философии, научный сотрудник в области нейропсихологии Гарвардской медицинской школы.

Для некоторых людей, стремящихся к высоким достижениям, эта погоня за успехом становится способом справиться со стрессом, избежать сложных эмоций или обрести чувство контроля. Отчасти поэтому эмоциональное разочарование после успеха кажется таким неожиданным: иногда нам не хватает не столько самого результата, сколько структуры, которую обеспечило стремление к цели.

Достижения часто становятся частью идентичности

Для многих людей, добившихся успеха, достижения — это не просто результат их работы, они становятся неотъемлемой частью их самоощущения. Со временем продуктивность, амбиции и успех начинают восприниматься не столько как выбор, сколько как доказательство: я способен; я ценен; я важен, потому что добиваюсь результатов. Такая динамика особенно характерна для людей, которые от природы целеустремленны, склонны к перфекционизму или выросли в среде, где похвала, любовь или чувство защищенности были тесно связаны с достижениями. В таких случаях стремление к цели может стать способом поддержания самооценки.

Согласно теории самодетерминации, существует различие между внутренними целями (например, личностный рост и значимые отношения) и внешними целями (например, финансовый успех, статус или внешний вид). И то, и другое может мотивировать человека, но внешние цели чаще ассоциируются с более низким уровнем благополучия, особенно когда они начинают доминировать в ощущении идентичности человека. Дело не в амбициях как таковых, а в том, действительно ли цели, к которым мы стремимся, удовлетворяют основные психологические потребности: потребность в автономии (чувство свободы выбора и согласованности действий), потребность в компетентности (чувство эффективности) и потребность в принадлежности (чувство связи с другими людьми). Если стремление к достижениям обусловлено в первую очередь внешним одобрением, эти потребности могут оставаться неудовлетворенными даже при наличии объективных успехов.

В знаковом исследовании П. Брикман и его коллеги сравнили победителей лотереи, людей, переживших тяжелые несчастные случаи, и контрольную группу. Несмотря на то, что их жизненные обстоятельства сильно различались, уровень счастья, по их словам, со временем вернулся к исходному. Исследование показало, что люди постепенно возвращаются к привычному образу жизни как после позитивных, так и после негативных перемен. Для тех, кто стремится к высоким достижениям, это может стать особенно неприятным сюрпризом. Веха, которая когда-то имела для них огромное эмоциональное значение, быстро становится частью новой нормы, и разум начинает искать следующую цель.

Почему пустота на самом деле может быть полезной

Вместо того чтобы воспринимать эту пустоту как признак того, что что-то не так, возможно, полезнее будет рассматривать ее как источник информации. В частности, информации о том, что остается после амбиций, когда они угасают. Эмоциональный спад, который следует за крупным достижением, может стать редкой паузой, когда шум стремления к цели стихает и на поверхность выходит честность.

Иногда это трагедия: из-за потерянного времени, принесенных жертв или тех частей себя, от которых пришлось отказаться.  Иногда это выгорание, замаскированное азартом. Иногда это показывает, как мало места вы оставили для радости, отдыха, отношений или форм самоидентификации, которые изначально не были связаны с продуктивностью.

Один из самых полезных способов изменить ситуацию в данный момент — переключиться с ощущения срочности на любопытство. Часто возникает желание поскорее заполнить пустоту: поставить новую цель и двигаться дальше. Но так вы можете воспроизвести ту же схему, даже не анализируя ее. Другой подход — остановиться и спросить себя: Чью жизнь я строю? Отражает ли она мою истинную сущность? Этот вопрос не отрицает амбициозность, он смещает акцент с достижений как способа доказать свою ценность на достижения как выражение ценностей.

Что на самом деле требуется для самореализации

Ответ заключается не в том, чтобы отказаться от амбиций, а в том, чтобы построить жизнь, которая не будет полностью подчинена им. В этом может помочь модель предотвращения гедонистической адаптации (HAP). Согласно этой модели, существует ряд действий, которые помогают поддерживать хорошее самочувствие в долгосрочной перспективе — не за счет погони за более масштабными целями, а за счет изменения того, как мы воспринимаем свою жизнь. К таким действиям относятся хобби, внесение разнообразия в повседневную рутину, практика благодарности и инвестиции в значимые отношения.

Таким образом, удовлетворенность связана не столько с тем, чего вы достигаете, сколько с тем, как ваша жизнь устроена с учетом ваших внутренних потребностей и ценностей. Независимость, социальные связи и чувство искренней вовлеченности, как правило, значат больше, чем любое отдельно взятое достижение. Достижения могут и должны быть частью осмысленной жизни. Но когда успех становится единственным способом почувствовать себя ценным, победа может восприниматься как нечто разочаровывающее  опустошающее.